воскресенье, 20 ноября 2011 г.

Британская революция



Из Австралии, где проходил саммит Британского содружества, пришла новость поистине революционная для гордящейся своими многовековыми традициями Англии. Причем, касается она главного оплота британского консерватизма, — монархии, а именно — очереди на трон.
Спустя три с лишним века решено отказаться от гендерного принципа престолонаследия, то есть если раньше младший сын короля или королевы имел преимущество перед старшей дочерью, то теперь трон будет наследоваться просто по старшинству, независимо от пола.



В Содружестве наций 54 страны — Великобритания и за редким исключением ее бывшие колонии. Но после решения, принятого на австралийском саммите, все взгляды устремлены только в Лондон. Шутка ли, королевский двор решился скорректировать акт о престолонаследии аж от 1701 года.
Все это время, когда жены монархов рожали, монархи дрожали — мальчик или девочка? Нужен был мальчик, и желательно первым. К женщине трон мог перейти, если мужчин нужных кровей не оставалось совсем.
Дэвид Кэмерон, премьер-министр Великобритании: «То, что монархом должен становиться младший сын, а не старшая дочь, лишь на том основании, что он мужчина, противоречит реалиям современных стран, к которым все мы относимся».
На нашем веку это будет означать следующее. Вот монаршая семья, у королевы Елизаветы II четверо детей. По старшинству — Чарльз, Анна, Эндрю, Эдвард. Первый престолонаследник — Чарльз. По новым и старым законам, он и старший, и мальчик — тут проблем нет. У него, свою очередь, двое отпрысков — Уильям и Гарри. Второй в очереди Уильям, по той же логике. Гарри — за ним. Разница появляется дальше. Если вдруг что-то случится с, дай Бог им здоровья, и Чарльзом, и Уильямом, и Гарри, раньше следующим королем стал бы Эндрю, а по новому закону на трон сядет Анна, потому что она старше Эндрю. То, что она женщина, ей больше не мешает.
Эти расклады, конечно, больше умозрительны. Хоть Анна и становится четвертым претендентом на трон, первые трое в расцвете сил и пышут здоровьем, а эпидемии какой-нибудь чумы в Лондоне XXI века, надо надеяться, не будет. Поэтому британцев больше волнует другой момент, более прикладной и, по мнению многих, тот, ради которого все и затеяли.
Дэвид Кэмерон: «Теперь право престолонаследия определяется простым принципом старшинства. И такой порядок мы вводим, начиная с принца Уэльского. Проще говоря, если у герцога и герцогини Кембриджских родится дочка, однажды она станет королевой».
Герцог и герцогиня Кембриджские — это как раз принц Уильям и его молодая жена, урожденная Кейт Миддлтон, на чьей трогательной свадьбе полгода назад отплясывал чуть ли не весь мир. И они, и те, кто будет после них, отныне навсегда избавлены от профессиональной обязанности рожать мальчиков. Теперь они могут рожать, кого хотят. В очереди на трон будет первенец — девочка так девочка.
На австралийском саммите приняли еще одно историческое решение. Оно менее универсальное, но для кого-то из будущих королей может стать не менее принципиальным. Раньше в силу трений между церквями британский монарх имел право жениться на ком угодно, хоть мусульманке, хоть свидетельнице Иеговы, но только не на католичке. Теперь отменили и это правило.
Дэвид Кэмерон: «Хочу, чтобы меня верно поняли. Сам монарх по-прежнему должен принадлежать церкви Англии, потому что возглавляет ее, но запрещать ему жениться на католичке, если он того хочет, — неправильно».
Таким образом, жизнь британских монархов теперь станет заметно менее нервной. Родится у Уильяма дочка — может начинать примерять королевскую мантию. А как вырастет — не снимая ее, выйти по любви за католика. В XXI веке короли могут если не все, то почти все.
Источник: ntv.ru
Свадебная фотография британского королевского семейства

2 коммент.:

Анонимный комментирует...

Очень интересный пост! Спасибо!

Mademoiselle IREN комментирует...

Рада гостям, забегайте еще.

Отправить комментарий